year
  1. Адрес: 155900, Ивановская область,
  2. город Шуя, улица Свердлова, дом № 6.
  3. Телефон/факс: +7 (49351) 33-100.
  4. Электронная почта: verstka@mspros.ru
  5. Издательство «Местный спрос» ©
Капустный мальчик - «Местный спрос»

Капустный мальчик

Жили-были муж и жена. Вместе они семь лет прожили, а деток не родили. Без деток и семья не семья.

Капустный мальчик

Муж печалится, а жена-молодка целыми днями слёзы льёт. И так каждый день. Муж её в тихой печали на работу уходит, а жена садится к окошку и плачет.

Шла как-то мимо этого окошка старушка с добрыми глазами, увидела плачущую молодку и спросила, что за беда у неё, отчего слёзы туманят её глаза. Молодка пуще прежнего расплакалась и рассказала старушке о несбыточном желании иметь любимого ребёночка. Добрая старушка выслушала её и сказала:

– Хочешь ребёночка, а ничего не делаешь. Это неправильно. Чтоб что-то получить, потрудиться надо. Возьми-ка ты хорошие капустные семена, посей их и вырасти рассаду. Потом рассаду пересади на грядку. А грядку не забывай, как следует, поливать водой, рыхлить на ней земельку, выпалывать сорняки. Потрудишься, сделаешь всё как надо, так осенью и найдёшь своего ребёночка на капустной грядке. И будет он как та капуста, которую взлелеешь.

Молодка поблагодарила старушку и сделала всё так, как та велела.

Нелегко было поливать грядки, рыхлить землю, бороться с сорняками, зато к осени капуста выросла крепкая, круглая с красивыми зелёными-презелёными листьями.

И однажды в этой зелёной капустной листве увидела молодка младенца. Он и впрямь был такой же крепыш, как выращенные ею крепкие капустные кочаны. Молодка обрадовалась, взяла сыночка, прижала его к груди и побежала домой.

Муж увидел, какого сына-богатыря принесла его жена, обрадовался, взял на руки, поцеловал его, и вся его долгая печаль исчезла, словно её и не было. Поблагодарил он жену за сына самыми тёплыми и самыми ласковыми словами. А она мысленно поблагодарила за это старушку с добрыми глазами.

С тех пор стали они жить как настоящая счастливая семья, семья, где звучит детский смех, и слышатся радостные голоса родителей.

Ветер из страны счастливых перемен

Когда-то она была женщиной и жила обыкновенной, наполненной разными событиями, жизнью и считала себя вполне благополучным человеком. Но вскоре жизненные обстоятельства разрушили спокойное течение жизни, а навалившиеся горести сделали её слабой и беззащитной. Она не смогла справиться с грузом трудных обстоятельств и не нашла ничего лучше, чем превратиться в куклу. В куклу, которая спряталась в большой картонной коробке, чтобы не иметь ничего с миром, ибо он стал серым, неприглядным и пугающим.

Сколько времени она провела в коробке, где только гнетущая тишина, где нет ни капельки света, ей неизвестно. Главное, в коробке она чувствовала себя в безопасности.

Но однажды туда, где она жила, ворвался ветер, прилетевший из страны счастливых перемен. Он сорвал с коробки крышку и отнёс её куда-то в сторону.

И тут появился волшебник из страны, где живёт ветер счастливых перемен, поднял крышку и хотел положить её обратно на коробку. Но он не сделал этого, потому что в коробке он увидел прекрасную куклу с печальными глазами. Волшебник протянул ей руку и вывел красавицу из коробки.

Когда кукла покинула коробку, она с удивлением обнаружила, что вокруг много света, солнца, улыбок. Это её несколько успокоило, но этот покой длился недолго.

Вскоре она поняла, что с ней происходит что-то странное: ей необъяснимо легко и радостно. Она вновь встревожилась, забеспокоилась: что это с ней происходит? Она уже давно перестала жить в мире чувств, перестала испытывать страх, холод, жару, волнение, потому что куклы на это не способны. А теперь в её сердце проникла радость, которая меняла её душевный мир, а окружающий мир делала притягательным, наполненный чем-то новым, ранее ей неведомым.

Она смотрела на волшебника и видела, как он прекрасен. И чем дольше она смотрела на него, тем быстрее из бесчувственной куклы она превращалась в женщину. Но теперь это была не та прежняя, а совершенно другая, совершенно новая женщина.

Это её пугало и радовало одновременно.

Теперь она то плакала, то смеялась, то грустила, то замирала от приятного трепета в груди.

А ещё она почувствовала, что её сердечко стало биться как-то иначе, стало биться и радостней, и сладостней. Особенно, когда она смотрела на волшебника из страны, где живёт ветер счастливых перемен.

Волшебнику это очень нравилось, и он старался сделать всё, чтобы эта женщина больше никогда не хотела быть куклой, не хотела жить в картонной коробке. Она ему нужна была вот такой, какой стала: милой, чуть растерянной, смущённой, научившейся улыбаться и радоваться жизни.

Она же совсем недавно была уверена, что в её сердце нет ни одной клеточки, где могла бы поселиться любовь, а оказалось, что всё её сердечко наполнилось этим чувством до самого края. Она думала, что уже никогда не будет счастливой, а стала счастливой.

Вот что может делать ветер из страны счастливых перемен, когда он внезапно врывается в нашу жизнь.

Людмила ЛАД

Скинхеды

Так получилось, что спортзал, который они начали создавать с Алексеем ещё в советское время, после развала СССР оказался бесхозным. Но любители «железных пилюль» сплотились и, очистив от мусора полуподвальное помещение, создали два довольно удобных (для непривередливых) зала. В дальнем зале подвесили небольшие, наполненные песком, самодельные груши, по углам закрепили огромные мешки с опилками, установили зеркала, и Алексей начал проводить занятия по рукопашному бою. А в первом зале энтузиасты продолжали изготавливать тренажёры, стойки, скамейки, помосты. Приносили из дому гири, выпрашивали у знакомых гантели, в складчину закупили две штанги и потихоньку тренировались, постепенно увеличивая нагрузки. Как-то незаметно к взрослым спортсменам потянулись и дети. Сначала они с интересом заглядывали в окна, потом стали робко заходить внутрь. И вот пришло время, и Алексей попросил Василия взять мальчишек под своё крыло. Первое, что он сделал, войдя в зал, — выключил орущий в углу магнитофон. В резко наступившей тишине он оглядел лица опешивших от такой наглости пацанов и приказал всем построиться.

– Итак, — начал он, — давайте знакомиться. Меня зовут Василий Степанович, и хотите вы этого или нет, но я буду вашим тренером. И с сегодняшнего дня начну лепить из вас настоящих мужиков. Но вся эта процедура, прошу вас заметить, будет происходить при полном вашем согласии. Кто против, тому даётся минута на одевание и на выход. Есть такие? — Василий осмотрел строй, — нет? Отлично, тогда разрешите продолжить. Для меня спортзал, так же как и для верующих — собор — святое. Именно здесь формируются настоящая дружба и взаимовыручка. Именно здесь приходит осознание вреда курения, наркомании, пьянства и прочего безделья. Здесь нельзя громко разговаривать, толкаться и, конечно, материться. Кстати, для любителей сквернословия. Запомните, мат — это не знак взросления или возмужания, а очень яркий признак умственной отсталости и, как следствие, бедности словарного запаса. И последнее: кто пришёл в «качалку», быстро разошлись по углам и начали молча качаться из стороны в сторону, а остальные — подходим к тренажёрам, и я расскажу вам, что и как на них надо делать, какая очерёдность и какие группы мышц они развивают. И запомните, в нашей жизни ничего просто так не даётся, и занятие спортом тоже требует огромного труда.

Сначала мальчишки «ершились», придумывая разные причины, чтобы увильнуть от, как они считали, не нужных упражнений, но на удивление быстро привыкли к правилам, и уже никто бесцельно не скитался по залу, не зная, чем заняться. Поскольку Василий Степанович был тренером на общественных началах, то и выполнение нормативов считал делом второстепенным. «Чемпионом становится только один, — говорил он. — А вот сильными и здоровыми должны быть все». Василий, тренируясь сам, внимательно следил за подопечными. Ему нравилось наблюдать, как двенадцатилетние мальчишки становятся единой командой, и с каким уважением начали относиться друг к другу. Вот и сегодня в зале царила рабочая обстановка. Тихо разговаривая между собой, они убирали или добавляли вес, следили за правильным выполнением упражнения, где надо, страховали и уже начали давать друг другу советы. Открывшаяся с шумом дверь прервала его наблюдения. В зал, громко разговаривая, вошли трое, лет шестнадцати, бритоголовых юношей. Не обращая ни на кого внимания, они сняли куртки и, не переодеваясь, приступили к занятиям на тренажёрах. В свои 57 лет Василий многое повидал, и удивить его чем-то было практически невозможно. Он спокойно наблюдал за новоявленными спортсменами, пытаясь вникнуть в смысл их разговора.

Явным лидером был высокий блондин, который, пересыпая свою речь отборным матом, обещал своим друзьям, что очень скоро они пойдут бить чурок. Мальчишки, незаметно улыбаясь, украдкой поглядывали на тренера, ожидая его реакции, и спустя какое-то время она наступила.

– Вы простите меня, молодой человек, — вежливо обратился Василий Степанович к блондину, — что прерываю вашу такую бурную беседу, но мне интересно знать, что такое чурки? Что такое бить баклуши, я знаю, а вот как бить чурки, не понятно.

Блондин запнулся на очередном слове и с удивлением посмотрел на непонятно откуда взявшегося седого мужчину.

– Ну, это… чурка… — сказал он.

– А что это такое? — Василий с любопытством смотрел на юношу.

– Ну, это… азер!

– Опять непонятно. А азер — это что?

– Ну,… азербайджанец, — выдавил из себя блондин.

– А! Ну да! Ну да! — Воскликнул Василий. — Азербайджанец! Как же это я… А бить как будете? Наверное, человек десять на одного, да ещё и с ножичком, да? — Стал развивать свою мысль тренер.

– Потом тюрьма, зона, одним словом — романтика… И это только потому, что он другой национальности?

В зале повисла гробовая тишина. Мальчишки стояли около тренажёров и внимательно слушали тренера, а он уже совсем другим тоном обратился к молодому скинхеду:

– А вы, молодой человек, кто будете?

– Я? Я — русский! — Гордо сказал блондин.

– Точно русский? — Засомневался Василий. — Без примесей?

– Да. Точно, русский.

– А скажи-ка ты мне, пожалуйста, — Василий перешёл на «ты», — как звали русского богатыря, что на Куликовом поле вышел на поединок с Челубеем?

–?…

– Не знаешь, значит… Ну, ну… А может, скажешь мне, где захоронен великий богатырь земли русской, Илья Иванович Муромец?

–?…

– И это не знаешь. Прямо беда с тобой… А знаешь ли ты, русский человек, на какой реке, переплывая, утонул Василий Иванович Чапаев?

–?…

– Ну и какой же ты русский, если даже героев своих не знаешь? — Максим Петрович перешёл в наступление. — Вот вы в зал вошли, не поздоровались, не спросили, можно ли заниматься, солдатскими берцами новый линолеум топчете, который мы в складчину купили, отборный мат по залу бисером рассыпаете. Это что, признак русского? А может, это ты чурка? А? Вот у меня друг азербайджанец. У него свой продуктовый магазин, и твоя мама наверняка там продукты покупает и тебя кормит. А у тебя есть магазин?

– Нет, — тихо произнёс блондин.

– А! Значит, у тебя фабрика есть? — Догадался Василий.

– Нет. И фабрики тоже нет. — Юноша был явно обескуражен.

– У тебя не только фабрики нет, у тебя и ума ещё маловато. — Василий Степанович перешёл на миролюбивый тон. — Вот я татарин, и мне глубоко плевать, какой они национальности, — он показал рукой на мальчишек, — но я хочу, чтоб они были сильными, здоровыми, выносливыми, и они этого хотят. А значит, у нас одна цель и национальность здесь не причём.

– А вы чего это притихли? — Василий посмотрел по сторонам. — Ишь, обрадовались! А ну-ка все по местам! Игорёк, быстро на жим лёжа, Юра и Володя, подстрахуйте его.

Зал ожил. Снова зазвенел металл, зашелестели тренажёры, а трое скинхедов молча стали одеваться, а одевшись, так же молча отправились к выходу.

– Минуточку, парни! — Окликнул их Василий Степанович. — Я вас не выгонял, решили уходить — уходите, а надумаете тренироваться, милости просим, приходите, только «сменку» не забудьте. Да! И дурь эту из головы выбросьте, ни к чему себе жизнь ломать…

… Василий Степанович шёл не спеша по тротуару вдоль магазинных витрин, без всякого интереса поглядывая изредка на рекламируемые товары. Он давно уже перестал сравнивать времена советского, тотального дефицита и нынешнего изобилия. Правда, качество, например, советских продуктов было намного выше, но зато ассортимент сейчас разнообразней. Проходя мимо бабушек, торгующих домашними разносолами, внутренне усмехнулся. Интересно, Василий давно уже распечатал восьмой десяток, но не чувствовал свой возраст и ему казалось, что он такой же молодой, как и пятьдесят лет назад, а они и тогда были бабушками, и сейчас…

– Здравствуйте, дядя Вася!

Василий Степанович вздрогнул. Перед ним стоял, улыбаясь, высокий светловолосый молодой человек спортивного телосложения и явно военной выправки.

– Неужто Александр? Скинхед? Ай да красавец! Поди, лет десять не виделись. Ни за что бы не узнал, если б не это: «дядя Вася».

– Ну, какой же я скинхед, — молодой человек сделал вид, что обижается. — Я эту дурь, по вашему совету, тогда ещё и выкинул.

– Да это я так, не со зла. Ну, рассказывай, где ты, как ты? Вы как втроём пришли, так потом втроём и исчезли.

– А мы разъехались поступать в военные училища. Я — в Рязань, Мишка — в Москву, а Валерка — в Питер.

– Ну и как, поступили?

– Ага! С вашей, Василий Степанович, физподготовкой, что мы за полтора года прошли, да чтоб не взяли?

– Ну, к физподготовке ещё и голову надо иметь.

– Вот-вот! Здесь тоже без вас не обошлось! — Весело продолжал Александр. — И Осляблю помним, и Илью Ивановича не забываем. Кстати, и у меня тоже есть прекрасный друг, азербайджанец!

– Саша, ты скоро? — Окликнула его стоящая в сторонке, возле прилавка, молодая женщина.

– Да, я сейчас! Это моя жена, — обращаясь к Василию Степановичу, пояснил Александр. — Вот приехали в отпуск…

– Да ладно, иди уже. Рад был тебя видеть, да и вообще, рад за вас за всех. Молодцы. Мальчишкам привет передавай.

– Конечно, передам! Обязательно!

Василий ещё какое-то время смотрел на удаляющуюся молодую пару и вскоре продолжил свой путь к газетному киоску за местной прессой.

Пётр КАРАУШ

От 5 Октября Местный Спрос

Авторизуйтесь, чтобы оставить свой комментарий